black is white

Быть или не быть?

Одно из самых спорных и вызывающих вопросы действий – это существование и/или бытие. Уже то, что существование приходится то ли объединять с бытием, то ли разделять от него, говорит о размытой сущности этого явления. Вопросами о бытие задавались Гамлет (быть ли не быть?), Декарт (существую ли я сам?) и даже Винни Пух (кто-то там все-таки есть, ведь должен был кто-то сказать «совсем никого»). И, тем не менее, большинство языков приносит в жертву спорную природу этого действия, загоняя его в узкие рамки банального глагола. Например, английский берет «to be», немецкий «sein», французский «être», итальянский «essere» и обращаются с этими глаголами, как с любыми другими. А именно, они их склоняют, образуют разные формы времен, деепричастия, применяют дополнения и прочие грамматические фишки, наличествующие в языке.

А вот русский отнесся к бытию настолько чутко, что получившаяся в результате конструкция по своей сложности приближается к бездонности философского вопроса «что такое быть?»
Collapse )
black is white

Частота

Как развивается язык? Почему вымирают некоторые слова или обороты и появляются другие? Почему то, что казалось правильным несколько десятков лет назад, может резать ухо сейчас? Что вообще это такое – резать ухо?
Ответим мы на всю эту кучу вопросов на конкретном примере, не упустив возможности пройтись по русскому языку. А именно, сделаем мы это, ответив на простой вопрос: как перевести с английского «He helped more than a thousand families»?

Collapse )
black is white

Все познается в сравнении

Самый лучший

В последнее время мне начало резать глаз и ухо словосочетание «самый лучший». По-научному мой дискомфорт называется «плеоназм» или излишество со смысловой точки зрения. Звучит это словосочетание примерно как «the most best» по-английски. Ведь слово «лучший» уже подразумевает «самый хороший», так что «самый лучший», получается «самый самый хороший». Таким образом, самый можно (и нужно?) выкинуть:

Этот вариант – самый лучший!
Этот вариант – лучший!


Можно почувствовать избыточность слова «самый», если заменить его на синонимичное «наиболее»:

Это вариант – наиболее лучший.

Collapse )
bear bicycle

Определим тех, кто

Как только возникает желание высказать некое логическое умозаключение (что в формальной логике коварно называется импликацией), то сразу же возникает потребность в предложениях типа:

Тот, кто что-то одно, тот что-то другое

Шаблон крайне распространен не только для умозаключений, но и вообще, для создания связи между двумя действиями. Вот, например, Стинг изощряется в Shape of my heart:

Those who speak know nothing
And find out to their cost
Like those who curse their luck in too many places
And those who fear are lost.


Что переводится как:

Тот, кто болтает, ничего не знает
И учится на своих ошибках
Как тот, кто слишком проклинает свою судьбу
И тот, кто боится, потерян.


Или, например, Иисус Христос в роли адвоката блудницы:

Кто из вас без греха, пусть первый бросит в нее камень.

Если какой-то оборот используется как Христом, так и Стингом, то он явно популярный и, по логике, язык должен был протоптать торную тропу по его использованию. По логике, но логика никогда не сдерживала русский язык.

Collapse )
bear bicycle

Нет

Во всех языках есть потребность отрицать некоторые факты. Человеческое мышление, привыкшее к бинарному мышлению да/нет, не замечает, что отрицание – это далеко не настолько очевидное явление, как приставка «не» к утверждению. Например, возьмем простое утверждение:

Напыщенный банан поздравляет соратников.

Если предложить опровергнуть данный довольно неправдоподобный факт, среднестатистический респондент прилепит отрицание к действию:

Напыщенный банан не поздравляет соратников.

Collapse )
black is white

Множественность

Безродность множества



Во множественном числе русские существительные не имеют рода. То есть, почти не имеют. Это почти мы и попытаемся показать и доказать.
Что, вообще, значит – «обладать какой-то грамматической категорией»? В широком смысле это значит, найти некий сценарий использования слова, в котором альтернативное значение этой грамматической категории делает выражение для носителя неестественным.
Например, утверждается, что слово «мальчик» мужского рода. По нашему определению, это значит, что существует пример использования слова «мальчик», в котором альтернативное значение рода будет резать ухо.

Умная мальчик
Мальчик пошла.


Режет ухо.

Умный мальчик.
Мальчик пошел.


Collapse )
black is white

Необратимые профессии

Вопрос: являются ли слова «врач» и «доктор» синонимичными? Кажется, что да:

Моя тетя врач.
Моя тетя доктор.


Оба предложения звучат неплохо, хотя, если честно, версия с «врачом» звучит более естественно. Так вот, как оказывается, эту неестественность можно значительно усилить, доведя ее до несуразности. Например, рассмотрим предложение:

Доктор, я буду жить?

Если заменить тут «доктора» на «врача», получится дикое:

Врач, я буду жить?

Collapse )
black is white

Союз нерушимый

Многие люди, изучающие иностранные языки, жалуются, что в этом языке у одного слова слишком много смыслов. Что интересно, сами носители языка это обилие смыслов не ощущают. Например, сколько смыслов у слова «носить»? Кажется, что один. Ну, максимум, два. А вот Большой Толковый Словарь, считает, что 8. Да и это условно. Нести бред, носить неведомо где, носить отпечаток, итд. В зависимости от контекста, в котором что-то носят, смысл очень сильно видоизменяется, а у носителя языка (тоже, кстати, один из смыслов «носить») ощущение, что смысл один, складывается потому, что он вычленяет из всего этого многообразия смыслов слов один единственный непроизносимый общий признак, который одинаково подходит ко всем ситуациям, где это слово употребляется.

Наиболее вопиющим примером недооценки количества смыслов являются союзы. Вот сколько смыслов у слова «и»? Или, например, у «или»? Один? Два? А вот хрен. В большинстве современных языков (и в русском в том числе), союзы имеют огромное количество смыслов и являются наиболее перегруженными смыслом словами. В русском же из-за его избыточного согласования всех со всеми эта перегрузка смыслов дает сбои и иногда вводит в ступор.

Collapse )
bear bicycle

Позови меня тихо по имени

Упрощение языков
В общем и целом все языки имеют тенденцию к упрощению грамматики. Причин у упрощения масса – как ускоряющийся ритм жизни и первичность передачи фактов над всякими внутренними нюансами, так и естественное природное стремление к минимизации энергии. Языки теряют целые времена, роды, падежи. Наглядным примером упрощения языков служат все романские языки по отношению к латыни. Выкинув нахрен снобистский произвольный порядок слов, которым извращались Вергилий и Овидий, романские языки значительно упростили грамматику, отказавшись от такого геморроя, как склонение существительных.

Collapse )
bear bicycle

Вместо имени

Местоимения – это то, что используется, чтобы не повторять имена, ну а более продвинутые версии местоимений используются еще и для обозначения разных манипуляций с именами, такими как их комбинации и отрицание. Местоимения есть во всех языках, причем их набор более или менее стандартен со всякими мелкими отличиями. Например, в некоторых языках помимо «этот» и «тот» есть еще и «этот ближе ко мне» и «этот ближе к тебе». Но это мелочи. Мы же исследуем закорючки русского. Итак, умудряется ли русский заполучить сложность в таком стандартном явлении, как местоимение? Ну конечно да! На то он и русский.

Collapse )